Однажды в Америке
Мы все любим хохотать под Задорнова со Жванецким когда они линчуют Америку. Как метко, просто в глаз, мы так и думали! А на самом деле хоть кто-нибудь задумывался о том, сколько там может быть правды? И какая эта страна?Если вы в этой истории хотите услышать восхищенные зарисовки их комфортабельной жизни или восклики типа "Ух ты, вот бы нам так!", то читайте что-нибудь другое в этом роде, потому что ничего подобного тут не услышите. У меня нет желания опровергать стереотипы, а просто написать все как было про феминизм, дискриминацию и домогательства. Итак, помнится, пребывала я в стране не более двух месяцев как записалась в спортзал. У них это называется GYM, по-русски фитнесс клуб со всякими тренажерами, гирями для любителей потягать железо, а также бассейном, парилкой и джакузи. Ходила я туда радостно и чуть ли не каждый день. Вообще фитнесс это спорт эгоистов. Сам с собой вчерашним соревнуешься, ну или просто делаешь вид, что куда-то летишь. Никто не напрягает, вперед не забегает и в затылок не дышит. Я расслабилась после стрессов адаптации в новой стране, скучала по общению и потому не заметила как со мной заговорил мужик высокого роста с красной физиономией. Он что-то много лопотал, половину разобрать было трудно, но я вежливо поддакивала и приветливо улыбалась. Вот тут-то и совершила ошибку, потому что мою реакцию он принял как сигнал к действию. Действия начались дальше, когда я спустилась в бассейн. Он постоянно поддерживал расстояние в 5 см между нами, что внесло некоторый дискомфорт в мое личное пространство и душевный покой. Начались всякие комплименты в мой адрес, которые просто никак нельзя было назвать уместными для 20-минутного знакомства. Все попытки оторваться от преследователя увенчались неудачей. Он чуть было не прыгнул мне на голову в бассейне... Народ вокруг начал смотреть на меня с сожалением. В Америке такое поведение называется харассментом. Про это самое явление в России очень любят смаковать истории вроде "он на нее посмотрел/открыл перед ней дверь - она ему вмазала/засудила на миллион долларов".Я поняла, что тут дело нечисто и надо увеличивать дистанцию с ускорением, а именно в раздевалку. Какой же был мой ужас, когда через 5 минут вдруг открывается дверь и перед всей честной публикой предстает та самая красная физиономия! У нас в школе был физрук, просто уникальный тип. Сейчас бы его назвали педофилом, но тогда никто ни о чем таком даже и не слыхивал. Такие развращающие термины появились гораздо позже. Была у него кличка – Душман (oн же Дуня, он же Дух) и не зря. Носил он густую растительность на лице, а если надеть на него чалму и халат, то от афганских воителей было просто не отличить. У Душмана была одна отвратительная привычка - во время перемены, когда все переодевались на урок физкультуры в женской раздевалке, он ударом ноги выбивал дверь и ... наслаждался нахлынувшим на него потоком девчачьего визга! Причем момент он выбирал самый-самый, когда школьная форма уже на гвоздикe, а спортивная еще не на теле, от чего сила визга получалась особенно воодушевляющей. Пару раз он так порадовался, а на третий мы решили дать ему ответный удар в виде потока летящих кедов. На этом выбивания дверей закончились.Так вот можно себе представить мою руку, машинально потянушвуюся за своим кроссовком, в момент открытой двери. Говорят, что с годами навыки притираются, но только не этот! Как полковая лошадь, заслышавшая звук трубы, я подняла свой кроссовок в атаку и метнула его прямо обидчику в лоб. Народ в раздевалке зааплодировал.Кажется его звали Дэвид. По крайней мере пусть oн так и останется под этим именем для истории. Так я и пошла с одной босой ногой прямиком в офис к менеджеру, где обстоятельно изложила суть инцидента. От Дэвида не осталось и следа, он попросту испарился. С извинениями меня заверили, что дело будет рассмотрено и улажено в самые кратчайшие сроки. Несколько дней я пребывала далеко не в самом лучшем настроении. Ну почему я привлекаю подобных типов и что я сделала? В спортзал совсем не хотелось. Однако туча с моего настроения быстро улетучилась и я снова отправилась поупражняться. На входе меня встретил улыбающийся менеджер и заверил что Дэвид:1. Навсегда был исключен из клуба2. Получил криминальную запись в личное дело и был вызван в полицию3. Был принужден посещать своего психиатра в течение месяца, потому что у Дэвида есть кое-какие проблемы с головой.Мне даже стало стыдно... Как круто расправилась система с мужиком, а ведь он только ходил за мной хвостом, бормотал что-то, открыл дверь в раздевалку. я-то рассчитывала на моральное внушение, а они вон как. С такими мыслями отправилась я переодеваться, а возле дверей раздевалки меня ждала делегация американок. Они толпились пока менеджер не закончит делиться радостными новостями. Вот тут-то я пережила настоящую минуту славы по-американски! Меня хлопали по спине в стиле "молодец, старина", жали, руки, хвалили за храбрость. "Девочки, вы чего? Вы меня с кем-то перепутали!" "О нет, ты та самая, что избавила нас от маньяка Дэвида! Он терроризировал нас с момента вступления в клуб. Чего только не было! То щипал нас, то хватал руками, то говорил неприличные слова, а у бедняжки Дженнифер проделывал что-то с колесами ее машины. Она даже службу безопасности вызывала" На меня полился поток информации, от которой я пришла в оторопь. Не от тех ли самых американок с их легендарными зубищами я такое слышу? "Да вы что! И вы столько терпели, ничего не делали?" В ответ они пробормотали, что им не хочется проблем.Некоторое время я хихикала над происшествием и даже где-то гордилась собою. Все бы так счастливо и продолжалось если бы в один вечер год спустя я не вышла из торгового центра и не увидела странную сцену: одна машина подрезала другую на парковочное место, за что водитель-неудачник разразился страшной бранью. Дальше был визг шин по асфальту и через минуту-две несколько хлопков разорвали осенний воздух. В юношестве я занималась биатлоном и мне-то отлично известно, что это были далеко не новогодние хлопушки, а что-то страшнее. В поднявшейся панике кричали люди, бежали со всех сторон, прятались за машинами и судорожно набирали 911 на мобильных телефонах. Потом снова визг шин, рев мотора и... тишина, разбуженная воем полицейских сирен.Не надо объяснять, что все увиденное мною было одной из самых страшных проблем Америки: пальба по невинным людям. Из года в год эти чудовищные происшествия уносят людские жизни, в том числе и жизни детей. К такому невозможно привыкнуть. В мирной, процветающей стране, где нет военных конфликтов, от огнестрельных ранений умирают или становятся инвалидами. И каждый раз мы все в шоке от жестокости, хладнокровия и отсутствия всякой логики.Природа данного феномена до сих пор остается для американцев неразгаданной. Для меня же ситуация предельно ясна: слишком много оружия в неадекватных руках. Да и чересчур мягкая политика по отношению к душевнобольным также не помогает. Уж слишком их уравняли в правах с нормальными гражданами, позволив водить машины, владеть оружием и ходить в места скопления людей.Где-то через месяц ветер принес мне под ноги газету. Она просто обняла меня страницами, как бы просила чтобы ее подняли. Не знаю, был ли какой-либо божественный промысел в данном инциденте, но страница мне попалась самая нужная. В статье писалось о стрельбе в торговом центре в тот самый вечер. Водитель машины присмотрел себе место на парковке, но был подрезан другим. Свою злость он разрядил 4-мя пулями в упор. Раненый водитель оказался отцом 3-ех детей. Полученные раны оказались несовместимыми с жизнью, от коих мужчина скончался через несколько часов. Стрелявший бежал с места преступления и, завидев полицию у дома, (сознательные граждане сообщили его номер и марку машины) застрелился сам. Безобразное, жуткое до парадоксальности преступление. Самое страшное, что пистолет не только убил невинного человека, но и навсегда искалечил жизни его близких. Внизу была фотография убийцы, чуть не убившая меня наповал. Со снимка смотрел тот самый Дэвид...Помню как закружилась голова и, пошатнувшись, я опустилась на скамейку. Как полипами меня облепляла американская действительность. Слова "Мы не хотим проблем" начинали раскрывать свой зловещий смысл. Еще один такой Дэвид на моем пути и я смело сдам его на съедение новоприбывшей иммигрантке, а потом вручу ей медаль за смелость.
Поиск по сайту
Отправить комментарий